Урбанизация и одичание

Один мыслитель сказал - "народы рождаются в деревнях и умирают в городах". Современность, отличающаяся невиданной в человеческой истории степенью урбанизации, подтверждает его правоту.

Как и у любого млекопитающего, у человека существуют барьеры для размножения. Например, ограниченное пространство. Животные в зоопарковых клетках и люди в городских квартирах одинаково перестают с усердием, нужным для воспроизводства поколений, плодить себе подобных. Так уж завела природа - чтобы размножится, отвоюй свой собственный участок, да побольше. Нет участка - ты больная, слабая особь, размножение которой природой не предусмотрено. Организм реагирует на нехватку пространства сам, включая свои скрытые механизмы угнетения родительских функций. Человеку остается только подобрать этому инстинктивному нежеланю рациональное объяснение.

Формат города всегда предполагает большую скученность населения на весьма ограниченном пространстве. Поэтому во все времена источником роста городского населения являлось население сельское. Производя вечный избыток населения, деревня снабжала город своими лишними ртами. Городу же, в свою очередь, всегда были нужны лишние руки, для удовлетворения высокого уровня бытового комфорта, свойственного городской жизни. Потомственные горожане, узкоспециализированные на определенном ремесле, постоянно нуждались в разнорабочих, руками которых перетаскивались грузы, мылись полы и чистились нужники. Лишние деревенские рты, помирающие от голода, попадая в поисках пропитания в города, либо оказывались в положении таких разнорабочих, либо проживали очень короткую жизнь, пополнив ряды городского дна.

С постепенным улучшением технологий (не последнюю роль в данном процессе принадлежит именно городским верхам, избавленным от необходимости ковыряться в земле), производство пищи, а вместе с тем и сельское население росло. Росли и города, втягивая в себя все избыточное население окрестных деревень.

На волне промышленной революции города стали производить намного больше товаров и услуг, чем их население могло бы потребить. Одновременно, многократно увеличилась потребность в многочисленной, дешевой рабочей силе. Село же, напротив, по мере автоматизации труда на земле, все менее и менее нуждалось в большом количестве работников. Тем самым, города превратились в воронку, которая начала втягивать в свою орбиту все большее количество сельского населения. В поисках городского комфорта и работы, огромные массы вчерашних земледельцев хлынули в города, с каждым десятилетием чуть не удваивая их площади и численность населения. Село же наоборот пустело от десятилетия к десятилетию, с карты исчезали целые населенные пункты.

Создалась своебразная дурная бесконечность - пухнущие от притока населения города в каждом поколении требовали для себя все больше и больше низкоклассовой обслуги. Но обслуга остается обслугой только в первом, редко - втором поколении, превращаясь затем либо в рядовых горожан, либо в представителей криминального дна, с одинаковым результатом на выходе - нежелание работать в качестве городской обслуги. Каждый город втягивал в себя уже не слишком избыточное сельское население. Города покрупнее, обобрав свою сельскую округу, начинали работать воронками для городов помельче.

Франкфуртская школа, марксизм и толерантность

Ко второй половине ХХ столетия в промышленно развитых странах не осталось деревни как таковой. Избыточное население, подобно углю сгоравшее в топках промышленных мегаполисов, кончилось. А городские потребности в лимите остались. Примерно с этого времени и начинаются у белых европейцев (и американцев) проблемы с инорасовой миграцией. Втянув в себя и обезлюдив всю этнически родственную деревню, гигантские (пост)индустриальные мегаполисы начали втягивать в себя избыточное население тех регионов планеты, где (за счет явного преобладания сельского населения над городским) все еще наблюдается явный рост рождаемости.

Что в древности, что нынче, только самые богатые горожане могут позволить себе роскошь проживания в богатых усадьбах, подальше от городской застройки и поближе к природе. Именно за счет таких родовых гнезд, на протяжении многих поколений сохраняла свою численность элита европейских государств (взять для примера хотя бы Российскую Империю, с ее разбросанными возле каждого города дворянскими усадьбами).

Имея возможность позволить себе роскошь полноценного (с биологической точки зрения) существования, эти люди также имели возможность не только нарожать детей, но и передать им богатые навыки о жизни в сложном городском социуме (через воспитание и образование). Нынче мы можем наблюдать сходные процессы, когда верхушка среднего класса в любой стране старается обосноваться подальше от кишащих инорасовой лимитой улиц мегаполисов, в зеленых пригородах. Застроенных (пусть плотненько), но особняками с кусочками зеленой земли.

Что ждет нас в недалеком будущем? Думаю возникнет сложная иерархия мест человеческого общежития, на одном полюсе которой будет дикая, средневековая деревня (с полным или почти полным отсутсвием современных технологий, примитивным сельским хозяйством и десятью чадами в каждой семье), а на другом - небольшие фамильные поместья и экопоселения на несколько семей, расположенные подальше от современных городов, но по самому максимуму обеспченные комфортном современных технологий.

В этой иерархии город-мегалополис займет место посередине. Бурлящая масса городских работающих (меньшинство) и праздно шатающихся (большинство) будет грезить о собственном поместье с видом на Ниагарский водопад, даже получать его (виртуально). Так или иначе, однозначной тенденцией будет появление все большего числа сверхурбанизированных территорий в каждом уголке планеты, и постоянное вытягивание этими мегалополисами избыточного сельского населения.

Среди самих мегалополисов также будет образовываться иерархия. Так, житель какого-нибудь Лагоса будет всеми силами стараться перебраться в Париж, житель Парижа - в Стокгольм, житель Стокгольма - в Сингапур и.т.д. То есть границы, нынче стертые (не полностью) для верхов, значительно сотрутся и для низов. Что касается элит, то постоянно пустеющие земли между огромными урбанизированными монстрами, будут точечно (самые красивые и экологически чистые места) скупаться для постройки родовых гнезд-поместий. Элита полностью и целиком перестанет быть национальной, как когда-то в средневековой Европе. В расовом отношении, несомненно, преобладание белых европеоидов (учитывая доминирование англосаксонских элит - скорее северных европейцев, чем южных), с эпизодическим присутствием восточно-азиатов и арабов, и почти полным отсутствием негроидов.

О развитых и неразвитых народах

По некоторым причинам (которые будут изложены в одном из постов), я не верю в грядущую роботизацию и появление антропопободных роботов-слуг. Зато вполне верю в возможность существования роботов-слуг, управляемых людьми по принципу "удаленный экзоскелет". Это когда робот, получая сигнал от оператора, полностью повторяет все его движения (снимаемые с оператора специльным костюмом). Таким образом, элитные поместья могут быть полностью лишены живого персонала, - зачем присутсвие рядом человека из нижних социальных страт, когда они вполне могут работать удаленно, физически находясь в грязном мегалополисе на другом конце планеты.

В любом случае нас ждет увлекательная эпоха нового средневековья. Эпоха масс, получивших свое влияние из-за востребованности в качестве солдат и рабочих, уходит - робо-конвейеры и беспилотные дроны-убийцы намекают нам на это уже сейчас. Будет ли высокому средневековью с новой аристократической культурой предшествовать эпоха Вторых Темных Веков? Возможно, проскочить ее также не удастся.

1. В tier 2 странах, то есть бедных белых странах, все равно существует более или менее урбанизированная и благоустроенная жизнь, с первичным набором необходимых благ. Конечно, Красноярск не Майями, но и не Уганда/Ливия, откуда люди готовы бежать на дырявых резиновых лодках и войти в новую жизнь в каком угодно качестве - менджер из Красноярска посудомойщиком в Майями не поедет. А спрос в tier-1 белых странах существует в первую очередь на уборщиков/сиделок/водопроводчиков - то есть на черновой и плохо оплачиваемый труд - своих менеджеров там с горкой. Принцип "на деревне, зато первый парень" работает.

Прикладная евгеника Карла Цейса

2. Процесс всасывания бедной восточноевропейской молодежи в более богатые страны Западной Европы идет. Польский сантехник - это европейский мем. Чуть не половина молодых прибалтов работает западнее и большая часть из них не горит желанием возвращаться домой.

3. С белыми люмпенами есть серьезная проблема - уже во втором поколении дети польских водопроводчиков, усвоив язык и получив образование, полностью сливаются с этническим ландшафтом и претендуют быть менеджерами. С полным правом, потому что они уже "в доску свои". А вот если понаехавший черный/смуглый, да еще и мусульманин, да учится в мусульманской школе (то есть нормально не знает ни язык ни культуры) - вот такие иммигранты могуть мыть толчки и в 3-4 поколении. Расовый + религиозный + языковой + культурный барьеры надежно удерживают на социальном дне. Кратко это называется "мультикультурализм" - де факто, это принципиальный отказ от интеграции приезжих и сознательная политика по образованию гетто.

https://godleif.livejournal.com/3102.html

0 комментариев ,




%d такие блоггеры, как: