Как свобода слова противоречит толерантности

Многие частные хостинги побежали впереди паровоза и принялись отказывать в сервисе новостным порталам правой тематики.

Это всколыхнуло очередную, уже 1001 за предыдущие три года, волну разговоров о свободе слова.

А сказать в принципе есть что.

Кто-то борется за то, чтобы глотнуть свежего воздуха, а кто-то о нем и не слышал.

Немецкий парламент в конце июля одобрил план по наказанию социальных медиа, в том числе индивидуальных авторов, за распространение «hate speech». На исправление ошибки и удаление неаккуратного высказывания дается 24 часа. В случае отказа от исполнения поручения бюрократов непослушные медиа штрафуются на сумму до 50 миллионов Евро, а CEO компании на сумму до 5 миллионов Евро (индивидуальная ответственность, как у взрослых).

Понятно, кто является основной мишенью нового закона – Facebook. У социальной сети ~29 миллионов пользователей в Германии (больше трети населения страны) и в неделю по запросу властей страны удаляются в среднем 3500 постов.

Вот он настоящий социалистический вэлфер: Facebook во избежание столкновения с суровостью немецких властей нанял еще 700 модераторов, единственная функция которых читать группы и отлавливать сложносочиненные предложения.

Специальное исследование правительства ФРГ, которое и послужило формальным толчком к запретительной мере, показывает: только 39% криминального контента удаляется согласно принятым самой компанией правилам, в то время как только 1% -- из Twitter. Вот уж где разгул демократии.

Пока.

Звучит, все это как привычная новость из радиоприемника, однако это не так.

С точки зрения буквы закона все упирается в Европейскую Конвенцию по Правам Человека с одной стороны и первую поправку Американской конституции с другой.

Если последняя трактует «свободу слова», как что угодно, не призывающее прямым образом к насилию в отношении одного или нескольких лиц, то первая интерпретирует то же словосочетание совсем иначе: упор сделан на «обязанности» обладателя свобод и эти самые обязанности «могут являться источником контроля, законодательных ограничений и штрафных акций демократического общества».

Т.е. конституционная свобода слова в США, как бы к этому не относились сейчас, это разрешительная (индивидуальная) норма, а европейская – запретительная (групповая) норма.

Если все-таки введут формализацию «hate speech», то это будет иметь самые далеко идущие последствия.

Сейчас же Facebook живет по GMT-8 и может только лавировать в неспокойных водах европейской политики.

И это далеко не случайно. После потери монополии на информатизацию граждан новым полем боя для государств стала возможность интерпретировать публичную информацию и разрабатывать приемы прикручивания к ней силового аппарата.

В том числе и в отношении других государств.

Пример видимого конфликта воли и представления – борьба с отрицанием абортов во Франции вылилась сначала в судебные иски, а затем, когда это не помогло, стало основой для нового законодательства, по которому можно штрафовать кого угодно на 30000 Евро за призыв к воздержанию от «детоубийства».

Параллельно с этим существует госпрограмма, в рамках которой объясняют последствия абортов (особенно на пограничных сроках) для здоровья женщин.

Парадокс? Нет, попытка убить двух зайцев и провести сегрегирование по верхней социальной группе.

Все это цветочки, ягодки находятся в полумесяце.

Отношение к исламу двойственное, даже тройственное.

С одной стороны, и во Франции, и в Германии, и в Дании приняты ограничительные нормы, препятствующие исламской пропаганде. На этом фоне все посулы мультикультурализма выглядят достаточно неправдоподобно.

С другой – на момент 2015-2016 гг., было арестовано около 15 человек (под камеры с полным освещением в СМИ) якобы писавших что-то негативное в социальных сетях о лагерях беженцев. И это были никакие не экстремисты, а граждане, живущие рядом с организованной помойкой.

С третьей, во Франции и UK годами проживают террористы, объявленные США в международный розыск и в ус не дуют. Их вроде бы никто и не замечает.
Доходит до смешного.

Во время недавних событий на мосту Лондоне Интерпол стал вслух перебирать злодеев: «Косой из Багдада»? Не, не он, у него отпуск в Тайланде. «Однорукий мулла»? Тот жену из роддома в этот день встречал, не успел бы на автобус до Тауэра. Может «Палестинский волк»? Вроде бы слег с простудой. Кто же это мог быть?! Ах, да, вот хорошая кандидатура. В этот момент из кармана вытаскивают какой-то «no name» без каких бы то ни было опознавательных знаков.

Наконец, многие ли в РФ освещали приключения Памелы Геллер?

В США это известная активистка-правозащитница, оберегающая цивилизацию от исламской угрозы и носимая на руках Антидиффамационной Лигой.

Она решила съездить проветриться в UK на лекцию, а ее просто туда не пустили. Предлог? Слова в одной из древних статей «Босния – европейский позор», «постепенно все закроют свои лица паранджой, и эта угроза распространяется из очагов поражения в ЕС» и т.д.. наговорила на три уловных срока и 50 миллионов Евро штрафа.

Ничего не помогло. Даже вой, поднятый в Израиле по этому поводу и чуть ли не нота протеста с апелляцией к Ротшильдам.

Лицемерием это назвать трудно, ведь никто даже не делает вид, что концы с концами сходятся.

Дело ли в одних мусульманах? Сомневаюсь. Это один из инструментов нагрузочного тестирования политической повестки.

Необходимо а) унифицировать законодательство ЕС в максимально ограничительно-протекционном виде внутри, б) смочь оперативно объяснить гражданам любое новое препятствие на персональном уровне, в) все помои откидывать в сторону «free speech» по ту сторону Атлантики.

Там, конечно, все понимают и речь ведут о частичном форматировании информационного поля.

Задача сложная и не понятно, смогут ли останки «свободы слова», каковой мы ее когда-то знали, выжить в такой изменчивой среде.

Все же понимают, что ИИ – чудовищное зло?

Как, есть сомневающиеся? Тогда мы идем к вам!

С начала 2000-х в системе правосудия США используется risk assessment systems, т. е. механизм, предсказывающий потенциальный рецидив. Изначально они были созданы для изменения динамики повторных преступлений.

Одной из таких систем COMPAS от компании Northpointe успешно пользуются в 14 штатах.

Надо сказать, со своей задачей она справлялась успешно: например, за 10 лет в штате Вирджиния рост числа заключенных снизился с 31% до 5%.

Пару недель назад общественная организация ProPublica опубликовала анализ 7000 дел, расследованных с использованием аморального COMPASа и сделала неутешительные выводы: ИИ-то расист.

Оказывается, как минимум в 2 раза чаще в преступлениях подозреваются чернокожие.

Да, согласно судебным документам афроамериканцы действительно чаще повторно совершают преступления и, да, точность предсказаний системы 76%, НО… всё равно правила нужно менять.

Ранее в 2016-2017 гг.. было опубликовано сразу несколько работ, разоблачающих мифы о «беспристрастности» ИИ. Вы-таки будете поражены, но Science покорно согласился с расовой, гендерной и возрастной дискредитацией исследуемых алгоритмов.

А может ли робот быть «непредвзятым»? Очень хороший вопрос, на самом деле.

Своеобразный математическо-логический ликбез для «журналистов» дан в коротенькой статье Томаса Микони на arXiv.org с говорящим названием: “К слову о невозможности «честности»”.

Краткий и очевидный вывод – есть только два варианта сделать ИИ справедливым, исходя из меняющихся моральных ориентиров:

- сделать его настолько же сложным, как материальная вселенная, т. е. приравнять к Богу;

- исправить общество, на котором проходит обучение ИИ.

И еще непонятно, что более реализуемо.

В общем, хотите быть непредвзятыми – будьте 🙂

Пока же речь идет о том, что суды может захлестнуть волна апелляций – адвокаты не дремлют и несколько прецедентов уже создано.

Если отвлечься на минуту от мультикультурализма и посмотреть на проблему немного под другим углом, то понятно – слабое место любого прогресса в невозможности уклонится от вот этого обсуждения «отсутствия морали».

В более-менее свободном обществе технологическое развитие можно попробовать затормозить просто беспрерывно говоря о его потенциальной опасности.

Ни на что другое все эти рассуждения не рассчитаны.

Ответить на это нечего, тем более там, где нет полной верификации механизма принятия машинами решений.

А чем дальше в лес, тем более сложной будет становится доказательная база. В конце концов, сочетание технологий согласно Кларку становится неотличимо от магии.

Поскольку ИИ в том или ином виде применяется везде, начиная от фильтрации постов в соцсетях и поисковых запросов (да, Google тоже не является расово нейтральным) заканчивая управлением активами и интервью при принятии на службу (в последнем случае роботизация идет ударнейшими темпами), то теоретически сейчас можно оспорить любое решение, каким бы структурированным оно не казалось на первый взгляд.

Мир не без добрых идей 🙂

http://mikaprok.livejournal.com/314729.html

http://mikaprok.livejournal.com/315674.html

0 комментариев




%d такие блоггеры, как: